Переговоры с Россией: что должен осознать Трамп

Мы проходили нечто подобное в 2019 году. Кадровая путаница – когда специалисты перемежаются самозванцами. Хаотические обещания, не имеющие ничего общего с реальностью. Фестиваль сомнительных идей, обещающих стране все, кроме предсказуемости.

Пять лет назад в нашей стране вошли люди без опыта и компетенций. Триумфаторы выборов сконцентрировали в своих руках невиданные полномочия – и нам оставалось только гадать, к чему приведет страну этот электоральный эксперимент.

В тот момент все происходящее воспринималось как краш-тест для системы – и мы могли только надеяться, что государству станет прочности, чтобы его пройти. А следующие три года наблюдали, как реальность заземляет всех, кто планировал эту реальность игнорировать.

Теперь настал черед Соединенных Штатов.

Американский триумфатор может обещать окончить нашу войну после инаугурации. Статус кандидата в президенты позволяет ему жить в своем мире, но после вступления в должность ему не избежать встречи с реальностью. И в этот момент его будет ждать множество неожиданностей.

Ему предстоит узнать, что у США есть инструменты давления на Украину, но практически никаких – для давления на Россию. Любые инициативы с миротворцами для Кремля равноценны введению иностранных войск на территорию его субъектов федерации. С тех пор, как Москва вписала в свою конституцию Запорожье и Херсон, любая идея заморозки линии фронта для нее равноценна отказу от собственных областных центров.

Дональду Трампу предстоит определить, что Москве нужен не буфер с Украиной, а Украина – как буфер. Что американскому президенту нечего предложить российскому, кроме собственного унижения. Что глава Кремля живет в своей реальности – и продолжит оставаться там, пока ему хватает на это ресурсов.

У сложных явлений нет обычных решений. Украинский президент это знает как никто. Он обещал закончить войну на Донбассе, но оказалось, что ему по силам либо капитулировать, либо продолжать сопротивляться. Теперь по его следам идет триумфатор американской гонки – и с января мы будем следить за тем, какой выбор сделает он. Оба президента сначала обвиняли в продолжении войны своих предшественников. Но единственная причина вторжения сидит в Кремле, и настал черед Дональда Трампа прийти к этому выводу.

Реальность отрезвляет. Единственное условие, при котором ты можешь его игнорировать – это когда ты уверен, что платить за ошибку придется не тебе.

Об этом украинскому президенту могли бы многое рассказать грузинские политики. Нам пришлось следить, как элиты этой страны отказываются от европейского курса. Берут на вооружение самые плохие авторитарные практики. Покидают западную орбиту – чтобы перебраться на российскую. Нам может показаться это случайным политическим вывихом. Самоуправством политиков, решивших поторговать суверенитетом страны. Но все, что там происходит – это лишь результат ситуации, когда жертву оставляют с агрессором наедине.

Грузия не просто проиграла свою войну в 2008 году. К тому же, она осталась без гарантий ее неповторения. Запад не обеспечил стране безопасность. Не вооружал ее армию. Не размещал свои базы. В результате этого страх нового вторжения начал рождать в грузинском обществе запрос на мир. Запрос на мир приводил к власти тех, кто обещал договориться. Договоренности с агрессором угрожают жизнью по правилам агрессора.

Все это может быть и украинским сценарием – если наша война тоже закончится без гарантий ее неповторения. А потому во всех возможных конфигурациях украинского будущего ключевой является привилегия этого будущего не бояться. Если Украина получит первый ярус пирамиды Маслоу – тот, что о безопасности – то будущие поколения украинцев имеют шанс на Россию не оглядываться.

В таком же сценарии нам будет чему поучиться уже у Европы. Когда вся политическая дискуссия сводится к тому, что один лагерь хочет спасать демократию, а второй призывает спасать нацию.

Именно этот тренд входит в моду у наших соседей. Когда на выборах партии разнообразия конкурируют с партиями единообразия. Когда призывы к инклюзивности противостоят лозунгам обособленности. Думаю, мы сравнительно легко сможем вписаться в общий тренд. И, наконец, забыть о привычном противостоянии между адептами советского прошлого и украинского будущего.

Но смена политического регистра ждет нас только в том случае, если нас не оставят в одиночестве. Если циники поймут выгоду ценностей. Если сама идея войны с нами перекатывает в категорию разрушительной авантюры.

Пять лет назад Украина проголосовала за иллюзию легких решений, но они не выдержали проверку реальностью. Теперь по этому же пути предстоит пройти Соединенным Штатам. От их готовности учиться на собственных ошибках будет зависеть то, успеем ли мы сделать вывод из наших.

Иначе нам не избежать повторения грузинских.