Пожизненный финмониторинг высокопоставленных чиновников. Что несет новый "закон о PEP"

Многострадальный закон о "PEP", а если точнее законопроект №9269-д, предусматривающий изменения в закон "О предотвращении и противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, финансированию терроризма и финансированию распространения оружия массового поражения" прошел непростой путь, но был обречен на принятие украинским парламентом, ведь это было важное условие ЕС по поводу будущего членства Украины.

В конце концов, 17 октября законопроект был принят в целом, что вызвало новую волну дискуссий по вопросу, не заведет ли Украину в ловушку уж слишком придирчивый финансовый контроль за чиновниками, тем более, что отныне он будет пожизненным.

В новом законе так называемые PEP, или "политически значимые лица" (Politically exposed persons), а это нынешние и бывшие президенты, министры, народные депутаты и другие высокопоставленные чиновники и сотрудники госучреждений, а также их близкие родственники и сожители остаются в этом статусе на протяжении всей жизни, даже после увальнения с должности. И на протяжении всей жизни эти лица будут подлежать финансовому мониторингу.

В предыдущей редакции закона статус "PEP" и, соответственно, и необходимость мониторить его состояние, сохранялись за чиновником только в течение трех лет после ухода с должности. Но теперь банки, нотариусы или аудиторы должны будут проверять с особым усердием финансовые операции "РЕРов" и их родственников.

Правда, депутаты этим же законом ввели определенные меры предосторожности. Во-первых, если человек уже год как уволился, а его финансовые операции не содержат значительных коррупционных рисков, то банки могут не мониторить этого "PEPа". Во-вторых, банки и другие субъекты финмониторинга будут нести ответственность, если безосновательно будут отказываться проводить какие-либо финансовые операции с PEP. В таком случае они заплатят штраф в 100 тысяч рублей.

Цель изменений к законодательству, как объяснили народные депутаты от "Слуги народа", достаточно проста - не дать взяточнику воспользоваться взяткой. Как пояснила народная депутат от "Слуги народа" и член профильного комитета Ольга Василевская-Смаглюк, если, например, какой-то экс-министр придет к нотариусу, чтобы зарегистрировать право собственности на какой-то дом, оценочная стоимость которого $1,5 млн, а в декларациях бывшего министра на счетах всего $500 тыс., то право собственности на такое здание будет оформлять нельзя.

"Хотя три года прошло, хоть тридцать, этот экс-министр будет иметь статус пепа. И из-за этого статуса придется либо показать по официальным документам, то откуда тот миллион, которого не могло быть, либо нотариус откажет ему в проведении операции и право собственности на его не зарегистрирует (потому что не получит нужных для надлежащей проверки сведений). И тогда мы получим то, ради чего вся эта система существует – взяточник не сможет воспользоваться взяткой", – пояснила Василевская-Смаглюк.

Впрочем, уже сейчас очевидно, что наши чиновники будут искать, и, очевидно, уже находят лазейки, чтобы закон обойти. По данным СМИ, каждый третий народный депутат сейчас находится в бракоразводном процессе. Мотивы здесь вполне прагматичны – вывести своих жен и мужей из-под действия "закона о РЕР'ах". Хотя под финмониторинг попадают также и сожители РЕРов (в нашем случае бывшие жены и мужья), однако банк или аудитор – не правоохранитель, поэтому им будет крайне сложно доказать, а скорее всего и вообще невозможно, что сами эти два человека живут под одной крышей. Пусть такой финт и не поможет избежать внимания журналистов и общественного резонанса, так точно снизит риск юридической ответственности в случае определенных махинаций.

Однако далеко не все депутаты, даже от партии власти новый закон поддерживают. Да, нардеп от "Слуги народа" Виталий Безгин усматривает основные риски этого законопроекта в другом. Он говорит, что такой пожизненный статус де-факто законсервирует сферу государственных топ-чиновников навсегда.

"Ни один сознательный человек из частного сектора после этого не пойдет на государственную службу. Соответственно и о какой-либо public administration reform можно забыть. Но забыть не получится. Ведь именно реформа государственного управления является сквозной составляющей, которая будет касаться программы поддержки Украины со стороны ЕС на 50 млрд евро. Парадокс, но одно из требований относительно Украины в этом году прямо противоречит требованию, что будет ключевой уже в следующем году", – отмечает парламентарий.

С ним трудно не согласиться, поскольку бизнесмен, поработав в политике и затем снова вернувшись в бизнес, из-за своего пожизненного статуса РЕР может легко попасть на крючок недобросовестных правоохранителей. А в такой ситуации без коррупционной ренты просто-напросто работать не получится.

Экс-исполняющая обязанности председателя Фонда государственного имущества Ольга Батова, со своей стороны, считает, что финансовый мониторинг может быть настолько придирчив, что значительно ограничит РЕР'ам их бизнес и инвестиционные возможности.

"Те, кто когда-то работал на государство на соответствующих должностях – не смогут иметь нормально работающий бизнес, не смогут быть инвесторами в компании в Украине и за рубежом, не будут официально жениться, а кто женат – будут вынуждены разводиться, и вишенка на торте – пожалуй, даже будут официально отказываться от детей и лишать себя родительских прав, чтобы ребенок мог нормально жить и работать и вести бизнес в этом государстве", - отметила Батова.

Значительная часть парламентариев также негласно выступала против этого закона, в том числе "слуги народа". Правда, мотивы здесь скорее были корыстны. В этой ситуации позволим себе даже процитировать несколько ироническое заявление нардепа Александра Дубинского: "Когда шла подготовка к принятию этого законопроекта, я увидел очень странную вещь, как этот зал объединился. Объединился в том, что никто не хочет голосовать за закон о РЕР'ах, никто не хочет, чтобы его состояние и финансовые счета мониторились коммерческими банками, и людям отказывали в обслуживании из-за того, что они PEP'ы пожизненно. Я последний раз, даже не помню, когда я видел такое единство этого зала".

Президент Владимир Зеленский даже дважды публично требовал принять законопроект. Сначала 3 сентября, но руководители парламента и фракции "слуг" не решились вынести документ в сессионный зал, потому что голосов не хватало. Однако уже 21 сентября, после второго публичного требования Зеленского, Рада со скрипом приняла закон в первом чтении, и почти через месяц приняла в целом, конечно, под определенным давлением Офиса Президента.

Украина обязалась перед МВФ принять этот закон до конца сентября, чтобы в дальнейшем получать финансирование. Мы ведь уже вернулись на довоенный формат сотрудничества с нашими международными партнерами – деньги в обмен на реформы. Этот закон – также последнее требование Европейского Союза, которое теперь позволяет начать переговоры о вступлении в ЕС. Поэтому спешка Владимира Зеленского здесь абсолютно ясна и логична. Ведь мы не имеем права упустить исторический шанс на пути в ЕС, а также тогда, когда наша обороноспособность напрямую зависит от денежных вливаний партнеров.

На самом деле с этим законом возникла комическая и в то же время печальная коллизия. Еще в декабре 2019 года новоизбранная Верховная Рада вводила пожизненный мониторинг РЕРов. Тогда нардепы приняли большой закон "О предотвращении и противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, финансированию терроризма и финансированию распространения оружия массового уничтожения". Документ вводил понятие "национальные публичные деятели" – те же politically exposed persons, то есть РЕР'ы. Все чиновники как бывшие, так и действительные, а также их родственники, попадали под финансовый мониторинг на всю жизнь.

"Слуги народа" принимали закон в "турборежиме", однако тогда не жаловались, по крайней мере, публично, что они сами себе установили пожизненный финмониторинг. Закон также был требованием МВФ, и после его принятия новоизбранный президент Зеленский объявил о достижении договоренности с Фондом о новой трехлетней программе расширенного финансирования.

Но прошло три года, и в сентябре 2022-го правительство предложило внести изменения в вышеупомянутый закон, которые касались исключительно защиты финансовой системы Украины во время войны. Однако в это время депутат ОПЗЖ Григорий Мамка тихонько внес в правительственный законопроект и свою правку, которая заменила пожизненный финмониторинг высокопоставленных чиновников и их семей на трехлетний. За правку Мамки тогда проголосовали 139 из 239 "слуг народа" (т.е. 58% фракции). Но президент не накладывал вето и не требовал убрать правку Мамки, а подписал законопроект. Это, конечно, не понравилось ни МВФу, ни Евросоюзу. Фактически тогда парламент поставил всю страну в дурацкое положение перед нашими партнерами, которым пришлось буквально тыкать нас носом в собственный цинизм.

Чем дальше закончится история с новым "законом о РЕР", говорить рано. Как видим, единодушной поддержки этой инициативы нет даже при том, что она, на первый взгляд, декларирует благие намерения.

Нардеп Виталий Безгин предлагает в следующем году "заходить в нормальные переговоры о необходимости корректировать данные нормы", чтобы уменьшить риски и влияние на систему государственного управления.

Бывшая и.о. председателя Фонда государственного имущества Ольга Батова в качестве альтернативы предлагает ввести пожизненное декларирование всех находившихся во власти и их родственников. С уголовной ответственностью в случае предоставления недостоверных данных. Зато статус РЕР закреплять на 5 или 10 лет вместе с родственниками, но "с четко прописанным рискоориентировочным подходом и критериями. А не на всю жизнь детям без критериев и рискоориентировочного подхода и жестче, чем в любой другой стране".

Как бы то ни было, через некоторое время в том или ином виде украинские власти все равно попытаются смягчить принятые накануне нормы. Или путь переговоров с ЕС, или как-то исподтишка. В то же время правда и то, что антикоррупционные ограничения для чиновников, независимо от их сопротивления, будут со временем только усиливаться. Уж очень мы сегодня зависимы от наших западных партнеров, и эта зависимость никуда не денется даже после завершения войны. Так что чиновникам и политикам в любом случае нужно привыкать жить под финансовым микроскопом.