Содружество так и не превратилось в новое союзное государство, а Россия так и не отказалась от желания захватить Украину

С точки зрения сегодняшней исторической перспективы такое решение кажется логичным и почти неизбежным. Однако практически никто – даже после украинского референдума 1 декабря – не мог поверить, что это произойдет. Я хорошо помню, что когда появились первые сообщения о подписании соглашения о создании СНГ, коллеги звонили мне из разных столиц тогда еще союзных республик и спрашивали, что там все же произошло. И главным городом, в котором никто не мог понять, что произошло, была Москва.

Российская пропаганда обычно называет главным могильником Советского Союза нашего первого президента Леонида Кравчука. Однако в этом нет ни крошки правды. Дело в том, что Леонид Макарович прилетел в Минск совсем не прятать Советский Союз, а наоборот – объяснить Борису Ельцину, что Украина после референдума 1 декабря не имеет никаких намерений и возможностей оставаться в Союзе или присоединяться к какой-либо его обновленной реинкарнации. Казалось бы, что здесь особенного? Ведь прежде из Советского Союза уже вышли три страны Балтии, восстановление независимости которых было официально признано Государственным Советом СССР. И никто не считал, что "отпадение" трех республик ставит точку на существовании СССР.

Однако с Украиной была совсем другая история. В Москве упорно не хотели верить, что Украина "на самом деле" выйдет из Советского Союза – так, как после 2014 упорно не хотели соглашаться с тем, что Украина больше не участвует в деятельности СНГ, и приглашения на саммиты организации продолжали присылать не только Порошенко, но и Зеленскому. Ельцин сказал своей советнице Галине Старовойтовой, что "Михаил Сергеевич как-то разберется", если украинский референдум завершится успехом сторонников независимости. Даже после того, как референдум состоялся, в Москве продолжали воспринимать его как украинский дополнительный козырь в переговорах по обновленному Союзу.

Ельцин, который после 1 декабря осознал, что Горбачев ни с чем не разберется, летел в Минск именно для того, чтобы узнать, на каких условиях Украина собирается быть частью Союза – и это не шутка. Перед поездкой Ельцин специально встретился с Горбачевым для обсуждения своей предстоящей встречи с Кравчуком – и после разговора с президентом СССР констатировал, что "без Украины союзный договор теряет смысл".

Но в том-то и дело, что в Москве все были уверены, что Украина обязательно к этому договору присоединится – Ельцину только оставалось выяснить, на каких условиях. Однако в Беловежской пуще президента России ожидал сюрприз: Кравчук твердо объяснил ему, что после 1 декабря нет от украинского народа мандата на подписание нового союзного договора. Просто говоря, что Украина теперь – независимое государство, вот чего в Москве никак не могли понять! Так что в Беловежской пуще действительно проходила встреча руководителя этого независимого государства с руководителями двух союзных республик в составе СССР. И это тоже надо понять: парламенты России и Беларуси актов о независимости не принимали (Верховный Совет БССР предоставил декларации о суверенитете статуса конституционного закона) и референдумов по независимости не проводили. Из собравшихся под Минском руководителей лидером нового и международно признанного государства был один Кравчук.

И тогда заработал другой механизм, который Ельцин также обсуждал с соратниками накануне встречи с Кравчуком и Шушкевичем – принять решение о роспуске Союза и создании нового межгосударственного образования. Для Ельцина, в окружении которого была большая группа сторонников независимости России во главе с тогдашним государственным секретарем РСФСР Геннадием Бурбулисом, это был неплохой шанс наконец-то окончательно избавиться от надоевшего ему Горбачева. Ну и самое главное – то, что я услышал от Ельцина, когда мы встречались за несколько недель до событий в Беловежье: "с Украиной я президент европейского государства, а без Украины – азиатского. А я не хочу быть президентом азиатского государства".

И так, Ельцин был уверен, что речь идет о недолгом периоде уступок и, наконец, со временем он действительно станет президентом нового союзного государства – только без Горбачева и с Украиной.

Теперь самый важный для нас вопрос: почему на это соглашение пошел Кравчук? Он ведь мог уехать из Беларуси без каких-либо решений, просто проинформировав Ельцина как горбачевского переговорщика, что никакой Украины в обновленном Союзе не будет, и пожелать Ельцину и Шушкевичу плодотворной работы над новым союзным договором. Но это просто говорить с перспективы 2025 года. А тогда, в декабре 1991-го, уверенности в лояльности собственной армии и других силовых структур и способности удержать независимость в случае давления со стороны Москвы у Кравчука могло и не быть. У него появилась возможность разъединить Горбачева с Ельциным и парализовать союзный центр. В случае отказа от подписания соглашения он бы их объединил.

То, что было дальше, мы хорошо знаем. Содружество так и не превратилось в новое союзное государство, а Россия так и не отказалась от желания захватить Украину и сохранить ее в составе собственного имперского проекта. Договоренность в Вискулях обернулась отложенной великой войной, в первые месяцы которой умер Леонид Кравчук.