Хаос как метод внешней политики: итоги первого года Трампа

С момента инаугурационной речи (когда у многих наивных граждан, как в Украине, так и в Европе складывалось впечатление, что "Трамп придет – порядок наведет"), мы имеем абсолютно обратный процесс. Процесс хаотизации международной политики, новейших союзов и краха старой модели мира, в которой хоть как-то тлело международное право.

Здесь нужно сделать сноску. Право силы, что при биполярном мире СССР – США, что в переходной стадии, когда до уровня США стремится "подняться" Китай, – это перманентный процесс. Его точно не Трамп изобрел (хотя, может быть, и хотел бы). Это логическая конструкция, когда меньшие государства ориентируются на ценностные и ориентиры безопасности стран, не входящих в прямой конфликт с идеологиями гегемонов.

Просто при Трампе этот процесс стал очевидным. Очевидным не только для дипломатов и аналитиков, а для рядового датчанина, канадца, иранца или венесуэльца. Такие разные страны и такие схожие эмоции, продиктованные "годом Трампа".

В прошлом году я дискутировал с Вадимом Денисенко, что в свете нелинейного (а давайте будем откровенны – хаотического) мышления Трампа Украина не будет успевать подстраиваться под США. Ибо качели в принятии решений и психологические игры не дают главного – ощущения системного, устойчивого и сильного плеча. Что мы, собственно, и наблюдали в течение этого года – от обещаний глобальных санкций в отношении России к отключенным разведданным, от намерений передачи символических "Томагавков" к принуждению Украины "поделиться" недрами, от обещаний продажи оружия до откровенного шантажа его не продавать. Мы это видели.

Так же, как видят это и наши партнеры в Европе, которым то накрывают банкетные столы в Белом Доме, то угрожают аннексировать часть суверенных территорий. И даже озвучивают идеи прообраза новой ООН (при всем скепсисе к действующим институтам), куда Трамп будет лично отбирать страны, которые ему нужны.

Если зафиксировать итог этого года Трампа в нескольких пунктах, он будет выглядеть примерно так:

• Первое. США утратили предсказуемость как союзник. Маятниковые решения (сегодня поддержка, завтра пауза, послезавтра – объяснение, что это не наша война) стали нормой. Помощь все чаще использовалась как рычаг давления, а внешняя политика перешла в ручной режим, зависимый от настроения, эмоций и телевизионного эфира. Публичные унижения партнеров заменили закрытую дипломатию. США явились фактором турбулентности. И это, пожалуй, самый тревожный сигнал из всех.
• Второе. Украина по этой модели все чаще выступала не союзником, а полигоном для торга. От обещаний "дожать Россию" до замораживания санкционной логики. Вместо системной помощи мы видели символические жесты. Параллельно возник торг за недра и ресурсы под соусом экономической целесообразности, а риторика "вы нам должны" подменила само понятие союзничества.
• Третье. Европа из партнера превратилась в объект давления. Угрозы аннексиями (даже если это было в форме шуток) перестали быть нереалистичными. Безопасность стала предметом торга – либо платите больше, либо гарантий не будет. НАТО обесценивалось публично, а банкетная дипломатия стала обычной практикой. Не случайно именно в этом году Европа серьезно задумалась о жизни без США.
• Четвертое. Международное право совсем утратило роль системы. Его заменил прямой язык силы – кто сильный, тот и прав. То, что раньше тщательно маскировали, перестали скрывать.
• Пятое. Появилась идея новой глобальной архитектуры по-трамповски. Скепсис к существующим международным институтам не сопровождался попытками их реформировать (мы ведь не о лифте в штаб-квартире ООН сейчас говорим, правда?). Начала формироваться логика клуба "нужных стран", где членство определяется не правилами, а лояльностью. Глобальное управление персонализировалось.
• Шестое. Стиль стал политикой. Публичные оскорбления, хаотические заявления, запускавшие рынки и кризисы, подмена стратегии шоу и игра на неуверенности стали рабочими инструментами. Неопределенность перестала быть побочным эффектом Трампа – она стала методом психологического, политического и экономического давления. К сожалению, для нас, это не слишком чувствовал путин и его Россия.
• Седьмое (глобальное). США больше не гарантируют порядок (даже в Западном полушарии) – они испытывают мир на крепость.

А что дальше?

Второй год Трампа будет отличаться от первого, хотя бы тем, что Белому дому придется разгребать целый пласт проблем, которые за 2025 год новая администрация в значительной степени создала сама. Хаос обладает свойством накапливаться, и в какой-то момент его приходится не производить, а администрировать.

Показательным тестом станут довыборы в Конгресс. А вместе с ними – резкое обострение внутриполитических процессов в США. Именно внутренние процессы, а не внешняя политика, для Трампа станет главным ограничителем. И здесь есть (пусть и небольшая) надежда, что этот этап сработает как холодный оздоровительный душ (если он показан людям под 80) и немного притормозит процесс хаотической ломки стульев (стены Белого дома под бальный зал уже поломаны).

Социология пока дает Трампу повод для самоуверенности. Он сохраняет определенный уровень доверия внутри американского общества и не ощущает угрозы тотального проигрыша. А это значит, что инстинкт самосохранения еще не включается во всю. Поэтому этот год для него будет во многом переломным. Если Трампу удастся удержать хотя бы большинство в Сенате, это позволит ему и дальше чувствовать себя политическим гением, которому позволено больше, чем другим. Если же эти выборы будут проиграны, логика второго года изменится радикально – от демонстративной уверенности до вынужденного пересмотра стиля, риторики и, возможно, части решений.

Во всяком случае, второй год правления Трампа будет уже не об экспериментах с миром, а о последствиях этих экспериментов. И именно здесь станет понятно, был ли первый год сознательной стратегией, или удачно проданным через соцсети ощущением контроля.