О трехчасовом выступлении Путина. Кратко

1. Он говорил дольше, чем Брежнев. Почему? Ибо завтра ему 71, ему нужно все время доказывать, что он не стар. Это ведь одна из главных претензий россиян к нему. Россияне живут в среднем около 70 лет и действительно боятся, что он может в любой момент умереть. Три часа тошноты – это о том, какой он еще ого-го.

2. Я неоднократно говорил, что Путин имеет только один переговорный прием – поднятие ставок. И, как бы это странно ни звучало, этой речью он поднял ставки (в его понимании). Он откровенно сказал: я хочу долгой войны, торгуйтесь со мной. До сих пор я вас пугал тем, что вы замерзнете, но вы не замерзли, тем, что Африка умрет от голода, но Африка почему-то выжила, я вам говорил о ядерном пепле, но кроме Маска почему-то никто не испугался. Хорошо. Я буду вас пугать, что буду вести долгую войну. Он знает, что это сейчас дискутивный вопрос, а украинская дипломатическая машина дала определенный сбой. Потому он так поднял ставки. Но всего-навсего поднятие ставок. Мы это должны именно так рассматривать.

3. Мы должны четко понимать: все это идет не столько от реальной силы (Россию реально перестали бояться), сколько от другого: от желания напомнить всем, включая союзников. Формула "величие равно России боятся" теперь звучит иначе: "величие равно Я могу всем все нагадить".

4. Он действительно живет в иллюзорном мире, но после испуга от Пригожина (очень долго он о нем говорил и, де-факто, оправдывался) Путин понял: среди элит нет сговора. Все укакались, даже больше, чем он. Поэтому он несколько окрылился и уверовал в свой фарт.

5. А теперь о нас. Наш главный враг сегодня – это усталость. Но мы должны помнить: если говорить марафонскими терминами, то мы бежим 23-25 км. Это одна из тех точек, где больше всего хочется сойти с дистанции.