Трамп мечтает о Нобелевке, Путин – об империи: что стоит за переговорами

Но мы не все Дональд. И поэтому понимаем: единственный, ради кого Путин может пойти на настоящие мирные переговоры, – сам Путин. Причём даже не конкретный Путин Владимир Владимирович, муж Кабаевой и очень богатый негодяй, а тот Путин, который попадёт на страницы истории. И единственное, что может заставить его остановиться, – осознание того, что он станет отрицательным персонажем в российском учебнике истории. Который не сделал Россию великой снова (привет, Дональд), а способствовал ещё большему распаду империи. Учебник истории – это единственное, что сейчас интересует Путина. Именно это когда-то подтолкнуло его к решению о полномасштабном вторжении. И именно это не даёт ему сейчас остановиться.

И тут вопрос: действительно ли он способен сегодня взвешивать два таких сценария? Видит ли он угрозу? Теоретически единственное, что может заставить его отступить, это экономика. Потому что война очень дорого стоит. А российская экономика трещит по швам. В бюджете образуется огромная чёрная дыра, которая может затянуть туда всё. И всех. Но помнит ли кто-то, что было с экономикой при Петре Первом? Вряд ли. А может ли так думать Путин? Боится ли он сейчас, что российская экономика рухнет настолько, что Россия пойдёт по пути Советского Союза? Который, между прочим, развалился именно из-за экономических проблем. Который находился в дефолте последние годы своего существования. И который не спасли даже кредиты МВФ и западных стран.

И правильный ответ – мы не знаем.

Любой рациональный президент остановился бы прямо сейчас. Но Путину интересен учебник истории, а не следующие выборы. И взвешивание рисков происходит в одной голове, где думают не привычными нам категориями. Риск большого финансового кризиса для Путина значим сам по себе только тогда, если он приведёт к распаду России. Потому что обнищание народа ему безразлично. Как, похоже, и самому российскому народу, живущему за пределами Москвы и Петербурга (Ленинград для Трампа). И он может решить, что год работы печатного станка не проблема, если за этот год развалится украинская армия. Например. Или другие сценарии, которые могут существовать в его голове.

Поэтому никто не знает. И поэтому так сложно оценивать сейчас ход переговоров. Не только потому, что и украинцы, и лидеры ЕС вынуждены постоянно льстить Трампу и не лишать его надежды на Нобелевскую премию. Что искажает реальность и создаёт множество сигналов, которых на самом деле нет. Но и потому, что всё происходящее подходит сразу под два сценария. Первый – это реальные переговоры, на которые согласился идти Путин, увидев серьёзные риски. Второй – это затягивание времени Путиным вместе с Китаем, либо ради Китая, либо при его поддержке. И тот и другой вариант выглядели бы сейчас одинаково. А учитывая естественное недоверие к Путину, легче выбрать консервативный сценарий и исходить из того, что он просто тянет время, манипулируя Трампом и стараясь избежать санкций.

Когда мы начнём понимать? Какие сигналы?

Первый и главный – состоится ли действительно встреча Путина и Зеленского в ближайшее время. Если россияне снова будут присылать Мединского и старшего дворника Кремля, ответ будет однозначным: затягивание времени. Если же переговоры действительно состоятся, то чаша весов начнёт склоняться в пользу реальных переговоров. Но даже в этом случае нельзя исключать, что мы наблюдаем лишь игру на время. Хотя вероятность настоящих переговоров тогда уже будет выше.

Помогли бы более жёсткие санкции? Да. Потому что они приблизили бы в голове Путина более рискованный сценарий к реальности. Но президент США не хочет. И убедить его в обратном, похоже, может только сам Путин. Который этого, конечно, не хочет. И продолжит играть свою простую, но эффективную игру, массируя эго Трампа. Как он делал на Аляске. Да, это не помогает ему захватить Украину, не может уже привести к радикальному отказу Трампа от сотрудничества (спасибо американскому обществу – в том числе журналистам, которые после Аляски жёстко критиковали Белый дом, – и нашим европейским друзьям). Но может оставлять Трампу надежду, о которой он иногда проговаривается: что Путин сделает что-то ради него. Хотя история не знает примеров, когда бы Путин вообще делал что-то ради кого-то другого.

Поэтому пока санкций не будет. И война продолжается. И продолжаются переговоры или их имитация. И сейчас горячая картошка перелетела к Путину. Его ход следующий.