Коррупция и война: почему это проблема здесь и сейчас

Уже который день предпринимаются попытки искусственно заставить замолчать наших граждан тезисом о том, что "борьба с коррупцией сейчас не ко времени. Давайте уже после победы. А сейчас только безопасность и оборона".

Сейчас в России есть скандал в защитнике. Следственный комитет расследует дело о поставках на украинские фронты, но со стороны российских окупантов некачественной тушенки на 700 млн рублей.

Цитирую издание "Известия":

"Расследование началось после того, как на складах одной из бригад 25-й общевойсковой армии, находящейся в самопровозглашенной ЛНР, обнаружили крупную партию подозрительной говяжьей и свиной тушенки производства подмосковного МПК "Селятино".

Экспертиза выявила в мясе остатки шкур, повышенное содержание крахмала и пищевую добавку каррагинан. Прокуратура проверила цехи "Селятино" и подтвердила многочисленные нарушения при производстве, в результате которых массовая доля белка в тушенках была снижена. Продукцию признали фальсифицированной и непригодной для питания военнослужащих – "особенно в условиях выполнения боевых задач", а ее стоимость – завышенной. В СКР завели дело о мошенничестве, совершенном организованной группой в особо крупном размере, а ущерб был оценен в 700 млн руб. Всего по делу проходят шесть фигурантов, включая Виктора Таразевича, который до мая 2026 года занимал должность начальника продовольственного управления департамента ресурсного обеспечения Минобороны".

25-армия это та, которая вела бои на линии Сватово-Кременная, а еще долго трепала нам нервы и разрушала все на Лиманском направлении.

Защищать коррупцию под соусом войны – это натягивать здесь и сейчас чисто российские практики освоения военных бюджетов.

И это еще счастье, что в российской армии воруют. Если бы не воровали – как хотят ходорковские и навальнята, то ситуация для нас была бы хуже.

Но дело в том, что непоставленные мины, хуевая тушенка и бронежилеты Миндича – усугубляют ситуацию с нашей стороны фронта. И об этом следует помнить. Иначе некому будет задавать чувствительные вопросы, когда наступит какая-то пауза в войне.