В начале июня в Одессе разразился громкий скандал, причиной которого стали события в местном СИЗО. Там над одним из задержанных, находившимся на мере пресечения "удержание за решеткой", откровенно издевались. Вынуждая, в частности, носить в зубах тапочки, унижая и превращая человека фактически в собаку.
Но тут же оказалось, что эта ситуация имеет определенный подтекст, несколько изменяющий общую картину скандала. Выяснилось, что этот персонаж попал в СИЗО из одного из местных территориальных центров комплектования – где, как утверждали в силовых структурах (причем утверждали официально), сам занимался подобными человеконенавистническими действиями.
Вообще-то для Одессы скандалы с ТЦК отнюдь не новость и не редкость. Еще в апреле текущего года Служба безопасности и Национальная полиция разоблачила и нейтрализовала (по крайней мере, так заявлялось, что нейтрализовала) в Одессе целую ОПГ, организованную преступную группировку. Разоблаченные персонажи занимались откровенным вымогательством денег, а тех, кто отказывался платить – банально избивали и небанально угрожали отправить в "штурмовики посадок, то есть фактически убить чужими, российскими руками, точнее, дронами".
Избиение и сексуальное насилие в ТЦК
И вот – новый скандал. Не менее масштабный. В этот раз военнослужащими ТЦК занялось Государственное бюро расследований. В одном из районных ТЦК разоблачили масштабную схему – на этот раз не вымогательство денег, а всего лишь "незаконное принуждение граждан к мобилизации". (Хотя стоит подождать, возможно, в этой истории вылезут и финансовые концы.)
Принуждение это можно описать терминами и понятиями, которые старшее поколение помнит по собственному историческому опыту, а младшее видело в фильмах о российской организованной преступности. Незаконное содержание, избиение, устрашение, психологическое давление – и, как вишенка на торте, "следствием установлены отдельные факты совершения потерпевших насильственных действий сексуального характера".
Если говорить не канцеляритом, а простыми лексическими конструкциями, придется констатировать, что представители ТЦК (это не предположение, а задокументированные работниками ГБР "многочисленные факты") буквально копировали действия классических постсоветских бандитов.
Кстати, еще до появления этих резонансных официальных сообщений от силовых структур (и речь здесь, как мы отметим ниже, не только о ГБР или СБУ с полицией) сами одесситы в соцсетях писали о том, что в местных ТЦК якобы работают бывшие или, возможно, и не бывшие бандиты. Как видим, подобные сообщения Госбюро расследований фактически подтверждают эти слухи.
Особенно когда читать сообщения ГБР дальше и наткнуться на "резиновые дубинки, молотки и другие предметы, которые использовались для физического воздействия на граждан". Не хватает только уточнений о классических утюгах, ставших настоящими символами еще советского рэкета 80-90-х годов прошлого века.
Страна на пороге гражданского конфликта
Конечно, в каждой истории всегда есть какие-то усредненные показатели, а есть пиковые исключения. Наверное, история с территориальными центрами комплектования в Одесской области таким пиком, а в других регионах подобных инцидентов все же меньше. Но главное здесь в том, что эти инциденты есть. И если опираться хотя бы на заявление омбудсмена Дмитрия Лубинца о жалобах граждан на ТЦК, за последние годы количество этих инцидентов серьезно возросло.
А это значит, прежде всего, рост социальной напряженности в украинском обществе. Что выливается в настоящие гражданские конфликты даже в таком формате, как в Ровенской области, где, согласно обнародованному видео, местный дед напал на представителей ТЦК с лопатой в руках.
Более того, даже там, где связи с "бусификацией" вроде и нет, как на днях в киевском районе Троещина, эта тема все равно привязывается почти автоматически. Поскольку более чем актуальна.
В дальнейшем все может дойти уже до откровенной бойни. С не единичными, а регулярными смертельным исходом. Поэтому этот вопрос власти нужно решать оперативно – и не только через деятельность ГБР и СБУ, а заранее, делая невозможными новые подобные инциденты.
Войну между ТЦК и обществом может остановить только контрактная армия
Как решить? Сейчас мы видим очередные заявления о том, что нужно повысить зарплаты военным на фронте до 300-400 тысяч гривен. Но это уже практически зарплата контрактника. Не стоит ли вместо банального повышения выплат (часть из которых, кстати, потом съедят "добрые" соотечественники заоблачными ценами на аренду жилья и еду в прифронтовых городах и городках) заняться не декларативным, а реальным переводом украинской армии на полностью контрактную форму?
Конечно, здесь возникнет, не может не возникнуть вопроса "А кто захочет даже за 10 тысяч долларов в месяц идти на войну?" Да, таких желающих будет немного. Но для этого и нужно переформатировать войну, используя новейшие наработки, на максимально автоматизированный, беспилотный процесс, чтобы люди – контрактники они или мобилизованные – рисковали своей жизнью в бесконечной и бессмысленной бойне (со стороны агрессора; по нашему все понятно – мы защищаем свою землю, а не захватываем чужую) по минимуму.
Тогда, возможно, отпадет сама потребность в "бусификациях" и даже ТЦК, потому что работать с дронами за такую сумму многие согласятся добровольно. А так – пока ГБР ловит одну одесскую ТЦК-банду, Киевская окружная прокуратура Одессы отправляет в суд дело против другого, которое уже откровенно в стиле 90-х требовало от гражданина призывного возраста 6 тысяч долларов…