После публикаций о возможности "гибридного" нападения России на Эстонию или другие страны Балтии и в Украине, и на Западе начали серьезно обсуждать возможность конфликта между Россией и странами НАТО и даже политическое банкротство альянса из-за недостаточно серьезной реакции на такое вторжение.
Но самое главное – стали осознавать, что сама возможность такого конфликта, создающего реальный риск начала Третьей мировой войны, связана с неадекватной реакцией западных стран на события в Украине в 2014 году.
Тогда российский президент впервые после второй мировой войны пошел не просто на оккупацию, но и на аннексию части территории другого государства. Но ведущие страны мира – те же подписанты Будапештского меморандума – пытались сделать вид, что в Крыму ничего чрезвычайного не произошло. Если вспомнить, какие санкции были введены против России администрацией президента Барака Обамы и Европейским Союзом, можно легко понять, почему в Кремле не прислушались к призывам из Вашингтона не лезть на материк, а начали войну на Донбассе.
Удивительно то, что эту войну также практически никто не хотел считать войной и оккупацией. Начали говорить о донбасском "сепаратизме", стараться не замечать присутствия в регионе российских войск и спецслужб. И это при том, что до российского вторжения ни в Крыму, ни на Донбассе не было политических сил или хотя бы авторитетных общественных организаций, выступающих за независимость регионов или их присоединение к России. И действительно – откуда бы таким организациям взяться, когда до 2014 года президент страны, председатель Верховной Рады, премьер-министр и почти все министры были выходцами из Донецкой области, а парламентскую фракцию правящей Партии регионов возглавлял выходец из Луганщины? Какой тогда может быть сепаратизм?
Однако этот миф помогал и Западу и украинцам жить в вымышленной реальности, где конфликт можно было разрешить, просто договариваясь с выдуманными сепаратистами. Дошло до того, что не только западные дипломаты говорили о поиске диалога с представителями "сепаратистских" (а действительно оккупационных) администраций, но и обычные люди рассказывали о "сепарах".
Это и есть ответ на знаменитый русский вопрос: "Что вы делали восемь лет?" Как что – врали самим себе, что вашей оккупации нет, и способствовали вашей лжи и подготовке к великой войне, во время которой уже не нужно было играть в сепаров, так что Луганская и Донецкая области были банально аннексированы – как Крым!
И вот теперь возникает вопрос: почему этот механизм Путин не может использовать в эстонской Нарве? Ведь если перед западными столицами встанет дилемма – поверить в "сепаратизм" русского населения Нарвы или воевать с Россией, – что выберут в Вашингтоне или Брюсселе? Ответ мы, кажется, знаем. Знаем по реакции на события в Украине.
Так вот, давайте зафиксируем уже сегодня, чтобы никто завтра не говорил, что его не предупреждали. Никаких сепаратистских настроений в регионе Ида-Вирумаа, к которому принадлежит пограничная Нарва, нет – как не было их в Крыму и на Донбассе.
Если эти настроения начнут проявляться, это будет означать, что началась российская ползучая оккупация. Если эта ползучая оккупация будет восприниматься как сложный региональный и национальный конфликт, если местных коллаборантов – которые обязательно появятся, потому что это непременный атрибут оккупации – будут воспринимать как сепаратистов, а не как коллаборантов, это не успокоит, а только воодушевит Путина, и впоследствии. Война, от которой Соединенные Штаты уже не смогут увернуться, что бы там сегодня ни думали в Белом доме.
Вот вам и примерный прогноз Третьей мировой – с эстонским… да нет же, с украинским акцентом.
А все потому, что политические и выводы безопасности нужно делать вовремя, друзья мои. Ну и в самом деле – что мы все делали восемь лет?