Пентагон срочно попросил министра обороны Польши перенести визит в США из-за ситуации, требующей "срочных шагов в сфере безопасности НАТО". Если в Вашингтоне считают, что министру сейчас стоит оставаться в Польше рядом с военными, то причин для этого может быть не так уж много.
Параллельно Россия внезапно ввела комендантский час в районах у границы с Эстонией, недалеко от Нарвы. Латвия и Польша в очередной раз поднимали истребители для перехвата российских дронов над своей территорией.
А тем временем Зеленский "случайно" встречается с директором ЦРУ в ирландском аэропорту, где они общаются с глазу на глаз, без свидетелей.
Одновременно активизировались США. Они не только публикуют посты о "мире в обмен на дизель". Гораздо важнее, что буквально впервые администрация Дональда Трампа утвердила пакет военной помощи Украине на $2,68 млрд. И это не символическая помощь: в перечне ракеты, системы борьбы с дронами, радары, запчасти и т. д.
Войну именно поэтому называют "гибридной": трудно определить, когда она началась и действительно ли уже закончилась.
По данным европейских медиа, с начала 2026 года страны восточного крыла НАТО 570 раз поднимали истребители для противодействия российским дронам. Пять лет назад такая активность почти наверняка стала бы поводом как минимум для консультаций стран НАТО по статье 4 договора, но сегодня это уже ежедневная рутина.
Россия уже пять лет одновременно заявляет, что воюет против НАТО, и уверяет, что не планирует нападать на европейские страны–члены НАТО. В этом тоже логика гибридной войны: постепенно усиливать атаки, но оставлять европейцам возможность убеждать себя, что это еще не повод отвечать жестче.
Тем не менее есть важный нюанс: война продолжается независимо от того, хочешь ты принимать в ней участие или нет. И чем раньше ты начинаешь отвечать, тем больше шансов не проиграть.
Очевидно, что НАТО не создавалось для противодействия гибридной войне. Поэтому на фоне внешней милитаризации мы видим практически полную беспомощность перед диверсиями в аэропортах, взрывами на военных заводах, атаками на критическую инфраструктуру, покушениями на убийства, вмешательством в выборы и т. д.
Так что чем быстрее европейцы примут эту реальность, тем лучше. Ибо Россия уже не спрашивает, готовы ли европейцы воевать. Она постепенно приучает их к мысле, что война может быть рядом, но без объявления войны, без пересечения границы танками и без формального момента, когда можно сказать: "вот теперь она началась".
И чем дольше НАТО будет искать грань между "гибридной атакой" и "войной", тем больше шансов, что эту грань Россия определит сама.