Но ответ на этот вопрос прост. Всю свою карьеру Черчилль был выдающимся государственником, ориентированным на перспективу – но вместе с тем маргинальным политиком, не способным согласиться с логикой избирателей. В конце концов, сама эта маргинальность и дала ему возможность стать премьер-министром страны после того, как его предшественник, действительно выдающийся политик и любимец общества Невилл Чемберлен, потерпел фиаско. Что было бы, если бы чувствительный к избирательным ожиданиям политик, такой как Чемберлен, стал бы главой британского правительства после его отставки? Возможно, консерваторы выиграли бы выборы. Но не менее вероятно, что к тому времени Великобритания уже проиграла войну.
Я упомянул об этом убедительном опыте, когда прочитал предупреждение начальника Генерального штаба Эйяла Замира о необходимости усиления призыва в Армию обороны Израиля. Войны для Израиля изменились, угрозы увеличились, времена "коротких войн и долгого мира" стали достоянием истории. Казалось бы, люди, управляющие Израилем, это прекрасно понимают. Но вместе с этим они понимают, что их избиратели не поддержат их на следующих выборах, если они примут непопулярные для этих избирателей решения. Они не спешат, а времени в песчаных часах истории остается все меньше и меньше. Создается очевидный парадокс: общество осознает вызовы, готовое к сопротивлению, но весомая его часть не поддерживает непопулярные решения. А политики, замкнутые в клетке переизбрания – потому что просто боятся потерять власть – не могут не учитывать мнения этой весомой части.
Все, что касается Израиля, касается и Украины. Бывший командующий Вооруженными силами Украины Валерий Залужный предупреждал о возможных проблемах, которые могут возникнуть, если не удастся преодолеть трудности с мобилизацией, еще в начале войны России против Украины. Но электоральная логика все равно остается мотивом, определяющим действия власти. И это тот же парадокс: общество готово к сопротивлению, но не готово к непопулярным решениям, с помощью которых только и можно поддержать и усилить сопротивление. Общество успокаивает себя в ожиданиях неизбежного завершения войны, а политики – неизбежными выборами. И пока нет ни того, ни другого, власти воздерживаются от решений, которые могут подорвать ее электоральные шансы.
С точки зрения победы на выборах это единственный верный подход. Вот только в странах, исчезающих с политических карт, выборы не проходят.